Диссертации



  Монографии



  Статьи



  Учебные программы и пособия



  Тексты



  Учебные пособия



Введение


Настоящая работа, как это следует из её названия, представляет собой синтез теоретического и историко-литературного исследований. Основным предметом изучения являются пространственность как форма осуществления художественного творчества и специально - художественное пространство М.Ю. Лермонтова как особый мир, в котором претворяется художник. Аналитическое развертывание художественного мира Лермонтова есть одновременно постижение поэтической личности, своеобразное филологическое «воскрешение» поэта. Исследование является разработкой и реализацией особого способа изучения художественного пространства литературного творчества, что позволяет успешно решать двуединую задачу теоретического описания поэтики и интерпретации творчества Лермонтова, которое понимается как новаторское по отношению к романтической традиции (антибайронизм, постромантизм). В результате исследования преодолевается схематизм представлений о литературном процессе, устанавливается подлинная уникальность литературной позиции Лермонтова в европейском художественном развитии и значение его творчества для русской литературы.

Актуальность проблемы для литературоведения связана с необходимостью преодоления методологической ограниченности распространенных исследовательских практик и заключается в обосновании оригинальной исследовательской позиции, а также в существенном развитии понимания творчества и личности Лермонтова. Конкретная аналитическая практика предполагает определение или уточнение некоторых теоретико-литературных понятий и представлений в области гуманитарных знаний.

Новизна работы состоит в формулировке и частичном разрешении малоисследованной литературоведческой проблемы телесности/пространственности художественного творчества, а также в описании с этой точки зрения творчества Лермонтова, включая постромантическое качество его литературной позиции и утопическую попытку филологического «воскрешения» поэта. Результатом исследования является новое понимание «вершинных» произведений М.Ю. Лермонтова («Демон», «Маскарад», «Герой нашего времени», зрелая лирика), а также концепция его творчества, развивающая отечественную литературоведческую традицию.

В центре исследования - проблема обоснования и описания единства творца и творения как телесности художества



и художественного пространства, теоретическое разрешение которой открывает возможность интерпретации творчества Лермонтова. Соответственно главная цель - на новом основании показать своеобразие литературной позиции Лермонтова, которую можно определить как постромантическую. Главная задача - исследовать проблему телесности/пространственности творчества в ее литературно-художественной и теоретико-методологической манифестациях, в процессе анализа поэтических и критических текстов отечественных и зарубежных авторов. В результате обнаруживается и формулируется исследовательская позиция, позволяющая интерпретировать творчество Лермонтова как целостное художественное пространство с точки зрения единства творца и творения. Важнейшей задачей исследования является аналитическое рассмотрение литературных произведений в аспекте поэтико-тематических особенностей, характеризующих необычайность творчества Лермонтова.

Общая концепция работы базируется на диалектическом представлении о порождающей взаимосвязи творца и творения в художественном произведении. Это органическое един- ство и составляет существо проблемы телесности художества, анализ которой свидетельствует об особой пространственнос-ти литературы. В работе используются идеи русской фило-софско-эстетической традиции (Флоренский, Лосев, Бахтин, Аверинцев, Топоров) в сочетании с феноменологическим подходом к рассмотрению произведений и герменевтикой творчества. С указанных позиций возможно применение различных исследовательских практик, что является важнейшим условием актуализации смысла творчества Лермонтова. Новаторством индивидуальной исследовательской позиции является двухуровневое развертывание проблематики: вначале смысл основополагающих понятий обсуждается в широком философско-эстетичёском и теоретико-литературном контексте, а затем эти понятия развертываются относительно художественного пространства Лермонтова и получают актуальную конкретизацию. Такой подход преодолевает утилитарное отношение к теоретико-методологическим поискам, гармонически сочетает теоретизирование с результативностью историко-литературногб постижения творчества.

В первой главе - «Художественное пространство как проблема литературоведения» ^ представление о единстве творца и творения основывается на анализе как художественной, так и критической практики (тексты Лермонтова, Пастернака, Набокова, Новалиса, Бланшо, Элиота, Бахтина, Ма-



мардашвили, Аверинцева и нек. др.) В этой части работы показано, как европейская критическая мысль пришла к утверждению «смерти автора» (Барт) и как возможно спасение (Бродский) и своеобразное «воскрешение» автора (Бахтин). В соответствии с философской традицией рассмотрена проблема художественного пространства, в отнесении которой к поэтике непосредственно обнаруживается литературоведческая проблематика. Обсуждение взаимосвязанных литературоведческих понятий дает целостное представление об одной из возможностей понимания литературы как формы самоопределения европейской культуры.

Вторая глава - «Пространство «Демона» - содержит анализ поэмы Лермонтова в связи с романтической традицией. Художественное пространство поэмы рассматривается в соотнесении с Библией как одним из источников текста, а также в свете новейших исследовательских практик (Пьер Адо, Аверинцев, Бодрийяр и др.) В результате поэма «Демон» получает новую интерпретацию. В третьей главе - «Мир Лермонтова» - обосновывается «вершинный» подход к творчеству Лермонтова, предполагающий преимущественное рассмотрение только важнейших в художественном отношении произведений поэта. Здесь анализируются драма «Маскарад» и роман «Герой нашего времени», в которых обнаруживаются общие с «Демоном» черты поэтики, так что можно говорить о единстве эпического и драматического мира Лермонтова. Дальнейшее рассмотрение художественного пространства Лермонтова связано с анализом лирики, который придает исследованию целостность и позволяет обнаружить поэтическую личность Лермонтова, «воскрешаемого» критическим пониманием. Проведенное исследование позволяет впервые сделать обоснованный вывод о постромантическом качестве литературной позиции Лермонтова, глубже понять особенности рецепции творчества Лермонтова в XX веке (Пастернак, Мандельштам, Камю, Джойс и др.)

Один из важнейших аспектов любой научной работы - методологический. В данном случае следует говорить об индивидуальной исследовательской практике, обосновываемой в настоящей работе, быть может, пост-методологическом исследовании, которое характеризуется применением разнообразных возможностей понимания литературы, выработанных европейской традицией. Непротиворечивое сочета-


ние этих практик только и позволяет постичь литературу как художественное пространство и пространство художества (термин Аполлона Григорьева, см. об этом: [Григорьев 1980, с.51 и далее; Григорьев 1986, с. 42].

Основные интенции, определяющие в> данном случае исследовательскую позицию, связаны с герменевтикой и феноменологией. При этом важно, что магистральные идеи европейской философско-эстетической мысли даны в их особенном преломлении русской традицией (работы Бахтина, Мамардашвили, Аверинцева и др.). Герменевтика Бахтина отличается от сходных европейских концепций своей человечностью: понимание имеет целью не нахождение «общего языка», а постижение живой личности». Понятие «большого времени» у Бахтина япляегся выражением постисторической в конечном счете позиции понимания:Литературное явление обретает свой подлинный смысл только»в пространстве целой традиции. Иначе: всякое исследование конкретного произведения (творчества) должно одновременно стать пониманием традиции в целом, но как бы в аспекте данного произведения, творчества какого-либо автора и т.ш - например, как мир Лермонтова.

Последовательное продумывание стратегии Бахтина при-нодит к мысли о «воскрешении» автора в процессе познавательного диалога.- Эта часть работы представляет собой своеобразную концепцию филологического исследования, в самом общем виде сформулированную в названии главного теоретического раздела: «Трагедия европейской традиции и сё «мистериальный» смысл: «смерть» и «воскрешение» автора»;. Смысл концепции обнаруживается посредством аналитического рассмотрения важнейших с этой точки зрения литературных и философско-эстетических произведений. Выбор этих, а не иных культурологических источников в работе специально не обосновывается и не нуждается, на наш взгляд, в таком обосновании, т.к. исследование не претендует на полноту описания самой проблематики про-странственйости/телесности, связанной с единством творца и Творения, но главным образом обнаруживает её как теиденцию понимания искусства в европейской традиции с помощью соответствующих её достижений; авторитетность же философских и теоретико-литературных источников, которые используются в настоящей работе, очевидна. Важнейшей особенностью работы является конкретно-аналитическое описание пространства культуры: не извлечение неких итоговых идей и оперирование ими, а анализ литературно-критических текстов в их противоречивом самосозна-



нии. Например, сказать, что Элиот был платоником и оценивать с этой точки зрения все его взгляды - значит весьма приблизительно понимать позицию критика; качество платонизма Элиота можно понять в рассмотрении того, как обнаруживает себя этот платонизм.


Основная феноменологическая установка понимания литературы связана с представлением о литературном произведении не как о заданном «содержании», которое следует «раскрыть»: произведение дано нам в виде ряда явлений-смыслов, возникших и сформулированных при некоторых установках мышления и условиях понимания. Т.е. литературное произведение мы можем понимать с точки зрения, например, марксизма, фрейдизма, экзистенциализма, феминизма и т.п. Рассматриваемые таким образом феномены действительны, существенны, и ни один из них не является основным, содержащим безусловно главный смысл произведения (творчества) или исчерпывающим возможности смыслообразования. Главная задача филологического исследования - обнаружение смысла произведения искусства с помощью непротиворечивого сочетания разных исследовательских практик. Тогда результатом постижения будет не вывод-формула, но постоянное расширение пространства осуществления смысла литературы, в котором «воскрешается» автор и впервые рождается критик - человек культуры, характеризующийся в первую очередь своими познавательными устремлениями и возможностями.

Особенностью исследования является его понятийный аппарат. «Художество», «пространство», «телесность», «интеллектуальное переживание», «мир», «идиориторика», «поэтическая личность», «литературная позиция», «постромантизм» и некоторые другие теоретико-литературные понятия обнаруживают свое терминологическое Значение в процессе их практического использования, смыслового развёртывания. При этом другие варианты их возможной актуализации не обсуждаются. Понимание литературы в данном случае определяется движением понятий, своеобразным перетеканием, мерцанием истины поэтического - ,: так очерчивается теоретическое пространство осуществления смысла. Основные понятия, как показывает исследование, составляют диалектические «триады»: «телесность - пространство - поэтика», «тематика- поэтика - идиориторика», «творчество - идиориторика - литературная позиция». Система соотносительных понятий служит опорой понимания художества - как процесса и результата деятельности творца-художника.

Теоретические понятия являются в большей степени средством, чем Целью настоящего исследования, тогда как их специальная разработка нередко уводит в метафизическую пустоту теоретизирования. Между тем цель понимания - ткачество смысла; очерчивание пространства литературы (культуры), обнаружение в нем нашего сегодняшнего места. Теоретические .понятия удерживают логику связной речи - составляют остов смысла, открывают возможность понимания. Важно отдавать себе отчет в том, что вводимые и частично обосновываемые понятия сами по себе для настоящей работы не имеют первостепенного значения, так сказать, «абсолютного смысла». Т.е. смысл исследования заключается не в том, чтобы их обосновать и добавить к уже существующим терминологическим «окаменелостям», а в том, чтобы использовать их для описания-понимания художественно-эстетической проблемы. Т.о. совершается индивидуальное филологическое усилие - способ самоопределения исследователя. Это форма существования гуманитарно-филологического знания, форма осуществления культуры. Это сотворение мира (пространства) литературы, в котором оказывается возможен филолог с его стремлением понять, что такое литература, чем ей быть в жизни Человека культуры. Нужно следить за логикой развития понятий, их сменой, как за движением морских волн, которые, повинуясь прибрежным течениям, выносят на сушу предметы с терпящего бедствие дредноута.


 

Copyright 2009 ©
Все права защищены.